Самба [СИ] - Павел Матисов

кошки. Причем, они разгуливали на задних лапах, в одежде, напоминающей человеческую, и даже имели какое-то примитивное оружие. Я могу отличить между собой мышь, хомяка и крысу. Антропоморфные аякаси больше походили на откормленных мышей. Вообще, если оглядеться, то это скорее мы маленькие, а не окружение.

— Маусу, что вам от нас надо? — спросила девочка со змеиным хвостом.

— Вы убили разорителей наших нор! Хоть вы чужаки и тянете наше время, мы выражаем вам благодарность! — важно заявил грызун. — Победите Великого Клешнерога, и тогда мы будем чествовать вас как настоящих героев!

— Юто, если это аякаси-каннибал, то мы должны помочь, — тихо высказалась мизухэби.

— А что вы можете нам дать взамен? — спросил я. — Вы случаем не видели тут большую белую кошку?

— К-кошку?! — испугались зверьки. — Н-не видели.

— Вы знаете где вход в подземный тоннель на другой берег?

— Да-да! Знаем! — обрадовались маусу. — Победите Великого Клешнерога, крабьего повелителя, и мы покажем вход!

— Отлично! — вскочил я. — Моя лоли, идем охотиться на крабов!

Резерв мой восстановился более чем наполовину, так что я был полон оптимизма. Мы прошли километра три по берегу в указанном направлении. За россыпью камней на мелководье расположилась наша цель, неторопливо лакомясь какой-то рыбиной.

— Да что ж вы все такие огромные, — пробормотал я.

Клешнерог в высоту достигал семи-восьми метров, а в ширину и все пятнадцать. Четыре пары нижних конечностей и темно-фиолетовый окрас придавали ему сходство с цутигумо, паучьими аякаси. Дополняли картину две мощные передние клешни, прочный панцирь и длинный костяной рог в районе лба. Рядом болтались более мелкие крабы, питаясь остатками от трапезы вожака.

— Я переговорю с ним, — вызвалась Сидзука.

Я кивнул и покрепче сжал Стального.

— На вас поступила жалоба от мышиных аякаси, — громко произнесла мизухэби, подойдя ближе к крабу. — Можете сказать что-нибудь в свое оправдание?

— Айя-кла-кла-ку-ул-ла! — издал непонятный возглас Клешнерог, который сразу подхватили его сородичи.

Зеленовласая девочка повернулась ко мне:

— Юто, он полностью дикий…

— Без тебя вижу. Осторожнее!

Огромная клешня сомкнулась на теле мизухэби, но Сидзука мгновенно распалась водопадом, уйдя от атаки. Напитав тело и клинок светом, я бросился вперед, легко пробежался по панцирям крабов, взвился в воздух и запрыгнул на спину Клешнерогу. Пока тварь не очухалась, я вонзил Хаганэ в панцирь, вложив в удар половину имеющейся магии. В воздух поднялся фонтан света, полетела какая-то крошка. Проморгавшись, лицезрел неутешительный результат: в панцире виднелся кратер примерно десяти сантиметров глубиной, однако до мяса мой удар не добрался. В следующую секунду меня смыло волной, которую пустил Клешнерог вдоль своей спины. Меня немного протащило по мелководью, но я быстро встал на ноги и успешно увернулся от надвигающейся клешни. Мелкие крабы были еще более неповоротливы, поэтому не представляли особой опасности. Главное, чтобы сзади не подкрались.

Я отступил, а Сидзука стала пробовать Клешнерога на прочность, метая мощные сосульки и формируя разрушительные вихри. Водная стихия сшибалась с широченными клешнями или высокими волнами, которые создавал крабий босс. Свои уязвимые места — переднюю часть и глаза аякаси защищал клешнями или водной магией. Через пять минут мы с мизухэби стояли на берегу поодаль, с недовольстом наблюдая, как Клешнерог преспокойно вернулся к своей трапезе.

— Крепкий орешек, нано.

— Хм-м, помнишь «Звездный десант»? — спросил я.

— Что ты имеешь в виду?

— Там была сцена, где герой пробил панцирь большого жука и бросил туда гранату. Думаю, еще за пару ударов я смогу расширить отверстие. А там уже дело техники. Только вот резерв придется копить.

— У меня есть другая идея…

Около часа мы отдыхали, набираясь сил. Далее Сидзука отправилась в пролив, я же выступил в одиночку против Клешнерога. Завидев меня, краб громко заревел, и бросился в мою сторону. Выйдя на свою максимальную скорость, я смог оттолкнуться от клешни, пробить слабую водную защиту и полоснуть тварь по глазу. Клешнерог издал нечленораздельный рык, и поднял настоящее цунами, которое меня чуть не расплющило. Нет, второй раз мне этот фокус точно не удастся. Я побежал прямо по воде прочь с мелководья на глубину. Разъяренный Клешнерог следовал за мной. Приходилось притормаживать, чтобы он не отстал. Когдя я уже начал беспокоиться насчет своего резерва, с облегчением почуял приближающуюся Сидзуку и следующую за ней по пятам жуткую ауру. Жаброхват внушал трепет намного больший, чем озерный Билль или Клешнерог.

Мизухэби свернула в сторону, я последовал за ней. Не сбавляя хода, мы вырвались на мелководье и, не сговариваясь, остановились, чтобы понаблюдать за эпической битвой встретившихся титанов-кайдзю. Ихтиандра мне в глотку! Крылатка действительно оказалась размером с танкер! Ее пасть была настолько огромна, что способна была легко обхватить многометрового крабьего босса. Твари верещали и ворочались, создавая гигантские волны и магические возмущения. Пришлось создавать щит света. Клешнерог очень удачно левой клешней срезал Жаброхвату несколько плавников с правой стороны, но у крылатки их еще оставалась тьма тьмущая. Рыбина поднатужилась, и послышался громкий треск ломающегося панциря. Правая клешня вонзилась в левый угол пасти Жаброхвата и отхватила солидный кусок. «Хочешь знать, откуда эти шрамы?», да? Я с интересом следил, оставит ли Клешнерог симметричную рану на правой стороне, чтобы больше походило на образ Джокера, но крылатка испустила сильную водную магию, смяла краба будто консервную банку и проглотила целиком. Израненный, но вполне боеспособный, Жаброхват исчез в морских пучинах. Чтоб у тебя несварение было из-за краба!

Мы быстро отыскали маусу, которые также наблюдали за сражением аякаси:

— Ур-ра! Герои! Чужаки-герои! Клешнерог мертв! — закричали мыши.

— Да-да. Показывайте тоннель уже.

— Идите за мной! — высказал один пожилой маусу с клюкой.

Мы последовали за мышью и примерно через полчаса добрались до неприметной полянки с большим валуном по центру.

— Это здесь! — пискнул маусу.

— Где? Валун надо отодвинуть? — начал я искать.

— Нет! Ничего двигать не надо! Вход спрятан в траве.

— Юто, похоже, что он говорит об этом, — заявила мизухэби, раздвигая голубой папоротник.

— Это шутка?! — вопросил я.

Вход в тоннель был максимум полметра в диаметре, куда человек мог пролезть с большим трудом. Пять километров косплеить «Побег из Шоушенка» — это выше моих физических и психологических сил.

— Перед вами великий подземный проход Ла-Маус! — с пафосом воскликнул старик-мышь. — Поколения наших предков работали над ним, не покладая лап. Вы — первые чужаки, которые удостоились чести лицезреть Ла-Маус!

— Вы издеваетесь?! — закричал я. — Нам надо перебраться на другой берег!

— Уговор был на то, чтобы показать вам тоннель. Мы выполнили свою часть.

— Слушай, моя лоли, ты сильно обидишься, если я поиграю в футбол шерстяным мячом? — спросил я кровожадно.

— Только без летального исхода, — зевнула мизухэби.

— С-стойте! — попятился